Берта бросила на Элси Бранд воинственный взгляд, словно ждала возражений с ее стороны.

Элси Бранд бесшумно открыла ящик стола, опустила туда список адвокатов, которых Берта выбрала из судебных протоколов, достала кучу писем в два дюйма толщиной и сказала:

— А что делать с письмами, которые я уже написала? Нужно ли отослать их?

— Порви и выброси в мусорную корзину… Нет, подожди минутку. Черт возьми, напечатать эти письма стоило мне денег — канцелярские принадлежности, время, износ пишущей машинки… Хорошо, Элси, мы их отправим. Принеси их мне, я подпишу, но больше мы не пошлем ни одного письма.

Берта повернулась, прошла обратно к себе в кабинет, поудобнее устроилась в кресле-качалке и расчистила перед собой на столе место, чтобы можно было подписать письма, которые принесла Элси Бранд.

Элси положила письма на стол, остановилась рядом с миссис Кул, чтобы промокнуть каждую подпись. Глядя на открытую дверь, Элси внезапно произнесла:

— Только что в приемную вошел мужчина.

— Что он собой представляет? — поинтересовалась Берта. — Черт его возьми, я испортила это письмо. Я не могу разговаривать и писать одновременно.

— Я посмотрю, что ему нужно, — сказала Элси.

— Да. И закрой за собой дверь.

Выходя в приемную, Элси прикрыла за собой дверь. Берта Кул снова начала подписывать письма и аккуратно промокать подписи, в промежутках поднимая взгляд на дверь, ведущую в приемную.

Берта была занята последними несколькими письмами, когда в кабинет вернулась Элси, плотно закрыв за собой дверь.

— Как его имя? — спросила у нее Берта.

— Эверетт Белдер.

— Что ему нужно?

— Он хочет видеть Дональда Лэма.